Памяти Софии Губайдулиной

Прошло много времени, но я, до сих пор, не могу осознать дарованное мне свыше счастье творческого соприкосновения с этой не земной обитательницей музыкального олимпа. Ох, как хочется вернуться в те благословенные времена, когда позвонив на знакомый номер можно было услышать: – ” Да, Юрий, у меня есть немного времени, приезжайте.” Люди, особенно творческие, по своей природе, в большинстве своём, самозабвенные эгоисты. Они, не стесняясь, воруют у отмеченных Всевышним творцов их право на покой и раздумье. Оправдать эту потребность приблизиться к Великому, можно лишь как возможность припасть жаждyщего к источнику чистой воды . Для меня, каждое общение с Софией Асгатовной, было обрядом очищения, познанием великих философских истин, тогда мне, ещё мало готовым к их постижению. Сюжет балета “Птицы”, в котором Девушка, участвующая в охоте, не пожелав дальше убивать живых существ, нарушила священный закон промысла, понравился композитору. В своих беседах со мной, она много касалась проблематики взаимоотношения художника и социума, что являлось одной из главных тем в её творчестве. Преодолеть барьер между привычным и восхитительным стало лейтмотивом нашего балета. Подписав музыку адажио, главной сцены спектакля, к её “Кончерто гроссо,” она возвысила сюжет балета к заданной величине, идеей которого было утверждение – если подняться выше восприятия обычного, то можно избавиться от земного притяжения. Первая премьера балета прошла в Эстонии, с балетной труппой Музыкального театра Ванемуйне города Тарту, затем в Москве. Спектакль в столице, я поставил на артистов организованного мной театра “Московский художественный балет”. И здесь надо вспомнить удивительную особенность выдающегося композитора. София Асгатовна была патологически скромна. За несколько дней до премьеры она, сказавшись больной, отказалась выходить на сцену на поклоны. Как потом мне сообщили, прийдя инкогнито в театр, она, проникнув на галерку, смотрела сверху наш балет, не решившись разделить шумный успех спектакля. В дальнейшем, балет “Птицы” был показан на гастролях в Америке. Тонкое музыкальное письмо Губайдулиной пришлось по душе самой широкой Американской театральной публике. После отъезда в Германию, где она обрела свой душевный и материальный покой, София Асгатовна, получив огромное количество престижных европейских музыкальных наград, приехала в Россию на празднование её семидесятилетия. Конечно, я не мог не повидаться с ней. Глядя на поздравляющих автора после окончания концерта чиновников от музыки и её коллег – композиторов, вспоминал тернистый путь творца, восхождения сочинителя, полного неприятия и запретов её музыки. Пожалуй она, из редкого числа композиторов того времени, не укрывалась одеялом классики. Не пошедшая на компромис, не сломившись, не приняла посулы и угрозы, осталась верна своей избранной музыкальной форме и направления. Честная и бескомпромисная она не свернула с указанного ей с Выше прямого пути. Массовая культура основана на узнавании. Этим, она собственно, отличается от подлинного искусства, смысл которого созидать, рождать новое, не узнаваемое, часто сложное для восприятия. Чтобы слушать Губайдулину необходима огромная концентрация, она – композитор философ! Понять и простить выдающийся талант своего соседа, сможет не каждый. Только, со временем, начинаешь осознавать как тебе повезло постоять рядом с музыкальным гением.

Юрий Пузаков

Фотография предоставлена автором публикации из его личного архива.